Обращенное к молдаванам предложение главного санитарного врача РФ и руководителя Роспотребнадзора Геннадия Онищенко «красить своим вином заборы», наверняка войдет в цитатник молдавско-российских отношений, заняв свое место рядом с обещанием Воронина «вылить вино в Днестр» (времен предыдущего винного кризиса 2006 года) или обращенной к тому же Воронину фразой Путина после срыва Меморандума Козака: «Нельзя быть таким бесхребетным, Владимир Николаевич!»
В Бессарабии Воронин сменился на и.о. Гимпу. В остальном ничего не изменилось. Да и в России тот же Онищенко остался на том же месте главного специалиста по кризисным ситуациям с Молдавией. И вот уже новому молдавскому руководству главой Роспотребнадзора предлагаются различные варианты использования продукции отечественного виноделия…
Наверняка, неподалеку от дома Гимпу найдется забор. Возможно, даже найдутся шутники, которые забавы ради выкрасят его отечественным шмурдяком. Глядишь, это даже действительно станет модным трендом с легким налетом национального колорита…
А пока суд да дело, MoldovaNova.md предлагает читателям ознакомиться с полным текстом искрометного выступления знатока молдавских спиртосодержащих растворов, которому не в первый раз приходится писать/красить вином историю молдавско-российских взаимоотношений времен кризиса:
Г.ОНИЩЕНКО: Здравствуйте.
А.САМСОНОВА: Добрый день.
А.БЕЛЬКЕВИЧ: Ну вот, первый вопрос, наверное, о том, какова сейчас ситуация с этой партией молдавского вина?
Г.ОНИЩЕНКО: Ну, на самом деле, речь не об одной партии идет, а примерно о 40 партиях вина. Значит, ситуация такова. Где-то с 30 июня по 2 июля мы в 18 партиях или 102 тысячах бутылок 3-х фирм «Alianta-Vin», «Suvorov Vin» и «ДК Интертрейд» нашли такие опасные для здоровья, во-первых, ингредиенты как пластификатор дибутилфталат, которого не должно быть вообще в вине. Это свидетельствует о том, что или виноматериал, или само вино во время брожения держалось в пластиковых емкостях. И второй пестицид – это металоксил, превышение которого тоже значительное – это 102 партии бутылок, которые мы уже сегодня запретили и выдали соответствующие заключения. Кроме того, уже после 2-го по сегодняшний день еще 22 партии – это 70 тысяч бутылок и 15 тысяч декалитров виноматериала примерно тех же фирм, в которых тоже находятся вот эти вредные для здоровья химические вещества. Так что, скорее всего, и вторая вот эта партия, даже не партия, а вторая группа из 22 партий различных вин - здесь и «Черный принц», и «Черная графиня», и «Мускат золотой» - они будут тоже возвращены в Молдавию для, видимо, каких-то других целей кроме употребления в питье.
А.БЕЛЬКЕВИЧ: Геннадий Григорьевич, мы помним историю 2006 года, когда Россия вводила полный запрет на ввоз винодельческой продукции из Молдавии. Что-то подобное может нас ожидать в этом году?
Г.ОНИЩЕНКО: Ну, пока я могу так отфиксировать, что правительство Молдавии, возглавляемое господином Филатом, демонстрирует свою полную несостоятельность. Все, что делалось после тех, в общем-то, достаточно драматических событий, из которых извлекли урок молдавские виноделы и многое сделали для того, чтобы качество достаточно хорошее предъявлять на российский рынок, сейчас, по существу, пошло на спад. Так что господину Филату, видимо, надо сосредоточиться на каких-то задачах более важных для Молдавской республики, нежели те, которые он сейчас, видимо, решает. Хотя, я не собираюсь ему давать советы.
А.БЕЛЬКЕВИЧ: Ну, то есть вы не исключаете, что такой полный запрет может быть?
Г.ОНИЩЕНКО: Я не собираюсь гадать, но пока я констатирую вот этот факт, который сам по себе сегодня очень так, устрашающе звучит, как вы понимаете.
А.САМСОНОВА: Геннадий Григорьевич, пока вино находится в грузовиках, сколько оно может там храниться, чтобы не испортиться окончательно?
Г.ОНИЩЕНКО: Оно уже испорчено. Его не только на территории России, его и за пределами России нельзя употреблять. Так что как товар оно уже не представляет никакого интереса и, видимо, может быть только использовано для других целей. Не знаю, заборы красить или что там еще можно этим делать? Этим раствором спиртосодержащим.
А.САМСОНОВА: А если бы партия не была остановлена, то это вино бы не испортилось и, возможно, его бы употребили?
Г.ОНИЩЕНКО: Нет-нет, не знаю, не знаю. Минутку. Оно уже в своем составе содержит те вещества, которые не от того, что оно хранится, а от того, что оно изначально было непригодным для употребления. Вот это вы должны четко понимать.
А.БЕЛЬКЕВИЧ: Хорошо. Давайте еще вернемся. Вот, вы сказали об ответственности, о несостоятельности молдавского правительства, которое никак не может разобраться с качеством вина. Мы, вот, почитали тут какие-то статьи перед этим эфиром и, вот, выяснилось, что молдавских производителей в значительной степени контролирует российский капитал. И, вот, эксперты винного рынка – они говорят, что управленческие решения по качеству вина в конечном итоге, все-таки, в Москве нашими бизнесменами принимаются, а правительство Молдавии не очень даже здесь как-то влияет.
Г.ОНИЩЕНКО: Вы знаете, вот это как раз тема, которая по моей кафедре. Но одно вино производится на территории Молдавии и металоксил мог попасть туда только при выращивании винограда. Так что кто там контролирует с точки зрения, какой капитал – это, наверное, вопрос экономический. Но то, что он выращен на молдавской земле с этим превышением, это говорит об отсутствии агрокультуры при выращивании винограда. Что касается пластификатора дибутилфталата, то это говорит об отсутствии технологии его изготовления, то есть хранятся в пластиковых емкостях. И поэтому идет экстракция пластика, ну, собственно, в само вино, теперь уже это не вино, а спиртосодержащая жидкость и так далее. Вот, давайте об этом поговорим, если это вас интересует. Если нет, то... Все, что я хотел...
А.БЕЛЬКЕВИЧ: Да, нас еще один политический вопрос интересует.
А.САМСОНОВА: Да. Дело в том, что уже есть реакция посольства Молдавии и представитель молдавской дипмиссии в Москве сказал, что «Мы считаем, что эта ситуация политически обусловлена». Как вам кажется, это, действительно, так?
Г.ОНИЩЕНКО: Никак мне не кажется. Я владею объективными данными, а то, что говорит посол или, там, кто-то другой – это... Ну, я квалифицирую как просто эмоции.
А.САМСОНОВА: И еще один вопрос. «Производители молдавского вина выходят на нас, - говорит чиновник, дипломат, - и спрашивают, что им делать. Но мы им ничего посоветовать не можем». Что скажете вы производителям молдавского вина?
Г.ОНИЩЕНКО: Производителям молдавского вина мы скажем то, что по этим 102 тысячам бутылок уже заключение выписано, им будет вручено и они могут этим распоряжаться для других, но не для пищевых целей. Что касается второй группы, 70 тысяч и 15 тысяч декалитров – как только будут завершены исследования, тоже будет выдан соответствующий документ, подтверждающий несоответствие его требованиям российского законодательства.
